О проблеме достоверности идентификации пользователя при удалённом электронном взаимодействии
Июнь, 2014
К числу особенно сложных и до сих пор не решённых проблем безопасности относится надёжная идентификация субъектов и объектов при удалённом электронном взаимодействии (УЭВ): в целях противодействия нарастающему мошенничеству важно знать, какой именно субъект находится на другой стороне сеанса. Под достоверностью идентификации понимается общая точность и полнота идентификационной информации об объекте; достоверность обратно пропорциональна вероятности возникновения ошибок в системе. Цель работы — разработка модели и методики оценки достоверности идентификации пользователя при УЭВ.
Модель исследования электронной идентификации. Системы идентификации используют последовательные запросы на соответствие предъявленного субъектом идентификатора Idi занесённому ранее в базу данных значению Idj: при совпадении идентификация считается пройденной. В агрессивной к атакам среде сравниваться могут не сами значения, а их свёртки (хеши); современные системы могут быть настроены на несколько идентификаторов — избыточность делается для повышения надёжности. Критерием успешной идентификации становится совпадение заданного числа n предъявленных идентификаторов (n = 1, 2, 3 на практике; подходы распространяются на любое n). Согласно теории структурной надёжности, элементы (процедуры идентификации по каждому идентификатору) отказывают независимо; вероятность безотказной работы системы всегда меньше вероятности отсутствия отказов самого ненадёжного элемента и существенно возрастает при увеличении его надёжности. Априори должны выполняться два условия: “доверенный” источник (база данных идентификаторов) и “доверенные” процедуры идентификации — на практике оба выполняются лишь с какой-то долей вероятности.
В теории идентификации рассматривают ошибки первого рода (пользователь не идентифицирован как легальный — “двойник”, сбой сравнения, превышение уровня ошибок; в терминах надёжности — отказ системы) и второго рода (идентификация злоумышленника под видом легального пользователя — опасный отказ). Оценки вероятностей лучше проводить для конкретной системы по математическим моделям надёжности.
Пример: при вероятности ошибки идентификации 10⁻⁴ по первому идентификатору и 10⁻⁶ по второму суммарная вероятность ошибки составит Р = 10⁻¹⁰; при населении РФ 140 млн человек (1,4×10⁸) вероятная суммарная ошибка — 1,4%. При недостаточной достоверности вводятся дополнительные идентификационные признаки и поправочные коэффициенты: вероятность ошибки по первому идентификатору может оцениваться в пределах 10⁻⁴–10⁻³, а суммарная ошибка — как граница произведений наибольших значений pi. Математически заданной точности можно добиться введением дополнительных идентификаторов даже в условиях недостаточной достоверности по каждому признаку. На практике желательно использовать идентификаторы из различных ведомственных баз данных (ФМС, ФНС, ПФР) и хотя бы один неотчуждаемый от пользователя (биометрический) идентификатор; база биометрической идентификации граждан по логике общественной безопасности должна находиться в ведении МВД России с современной системой управления доступом и высокотехнологичной защитой конфиденциальности.
Применение сертификата ключа проверки квалифицированной электронной подписи для идентификации субъектов. Один из развивающихся способов — идентификация по сертификату ключа проверки подписи (СКПП), получаемому в центре регистрации (ЦР) удостоверяющего центра (УЦ). На УЦ возлагаются задачи: установление личности заявителя; формирование и заверение ЭП УЦ цифрового сертификата; выдача СКПП под личную собственноручную подпись владельцу; поддержка сертификата весь срок действия. Первая задача фактически не регулируется. Сертификаты должностных лиц полями (O, S, C, STREET, OID) в большинстве случаев однозначно идентифицируют юридическое лицо, однако для идентификации самого субъекта заполняются всего 3 поля: CN (ФИО), E (адрес), СНИЛС — относительно пригодны только ФИО и СНИЛС как единственный уникальный идентификатор. Поскольку СКПП — аналог электронного паспорта, установление личности — одна из важнейших задач, но процесс не регламентирован: ЦР не протоколирует этапы представления заявителем идентификаторов и результаты проверок и не хранит записи в защищённом архиве, тогда как в развитых странах это элементарное требование для разбора конфликтных ситуаций. При выдаче СКПП физическим лицам не лучше: правила аккредитования УЦ (аккредитовано 317 УЦ) позволяют выдачу в удалённом режиме — есть УЦ, рекламирующие выдачу СКПП за 15 минут; вопросы доверия к таким сертификатам остаются без ответа.
Заключение. Разработанная методика позволяет проводить оценки достоверности идентификации пользователя при УЭВ. Вопросы идентификации участников электронного взаимодействия нуждаются в дальнейшем исследовании и регулировании; возможно, решением станет федеральный закон об идентификации и аутентификации пользователей ИС, а независимо от него Минкомсвязи России необходимо установить правила регистрации новых пользователей ИС и владельцев СКПП.
Это краткая аннотация статьи, полную версию читайте в первоисточнике.
Первоисточник: “‘Управление, вычислительная техника и информатика, Доклады ТУСУРа’, № 2 (32), июнь, 2014”
Эксперт: Алексей Сабанов, Аладдин