Кое-что о защите яиц
Ноябрь, 2015
Растущая популярность виртуализации меняет парадигму построения инфраструктуры информбезопасности. Главное, на что нужно обратить внимание обороняющимся, — сверхцентрализация и динамичность среды.
Виртуализация — слово, которое в 2015 году стало гвоздём практически любой ИТ-конференции (NFV, SDN, OpenFlow, SPICE, VDI, SAN, NAS и прочие аббревиатуры сыплются со сцены, на которой вендоры презентуют свои достижения). В России интерес перманентно растёт, массовые внедрения — в двух секторах: серверном (проникновение за четыре года выросло с 15% до 40-56%) и рабочих мест (с нуля до 15-25%). Ключевым вызовом является не выбор решений и не сложность модернизации ИТ-активов — загвоздка в защите среды.
Виртуализация, как и любая новая технология, привносит новые угрозы: свойства физической среды теперь существуют в виде программных настроек, которые проще контролировать, но и проще несанкционированно изменить — для виртуальной среды нужны специфические механизмы контроля (Евгений Дружинин, “Крок”). Основное отличие виртуальных сред от физических — динамика: полноценные единицы ИT-инфраструктуры создаются в несколько кликов, за секунды, и одновременно с новым компонентом создаются новые потенциальные угрозы (Алексей Попов, SearchInform). “Использование виртуализации и построенных на ней облачных сервисов сменило парадигму защиты на парадигму контроля” (Ольга Макарова, Softline).
Заместитель руководителя направления по работе с технологическими партнёрами компании Аладдин Сергей Шалимов добавляет: “Виртуализация является одним из существенных факторов трансформации парадигмы обеспечения информбезопасности (ИБ). Основными объектами защиты становятся сервер и канал от пользователя до него. При таком построении ИT-инфраструктуры более не требуется контролировать каждую рабочую станцию”.
Критический момент
Заголовок раздела «Критический момент»Защита виртуальной инфраструктуры остаётся трудной задачей для большинства компаний: не хватает специальных знаний и эффективных инструментов. По исследованию Лаборатории Касперского и B2B International (5,5 тыс. компаний из 25 стран), 42% уверены, что виртуальная среда (ВС) безопаснее физической, 73% не используют специальные решения для её защиты, 34% не представляют, какие преимущества от их внедрения. В России лишь 18% компаний приняли все меры по ИБ виртуальной среды, а 39% находящихся на стадии внедрения выбирают решения для физической инфраструктуры под каждую виртуальную машину — неэффективно: они потребляют больше ресурсов и замедляют систему.
Малый и средний бизнес теряет на каждом инциденте в ВС около 60 тыс. долларов, крупные фирмы — около 800 тысяч; виртуальные проблемы стоят вдвое дороже физических. Причины: ВС чаще используется для критических задач (доступ к критически важной информации во время инцидентов теряли 66% респондентов в виртуальной среде против 36% в физической), и компании не справляются с планами восстановления работоспособности при наличии виртуализации.
Мир дивный, но опасный
Заголовок раздела «Мир дивный, но опасный»Убеждённость, что ВС безопаснее физической, — миф: например, опубликованная уязвимость класса Sandbox Escape в гипервизоре Xen при ряде условий позволяет получить полный контроль над системой из виртуальной машины. При этом от некоторых напастей виртуализация действительно спасает: отсекаются “физические” атаки; централизованное хранилище предотвращает потери данных при утере устройства; заражённую ВМ при должной изоляции можно откатить до защищённого состояния; сервер можно вернуть к предыдущему состоянию для анализа атаки; ПО гипервизора компактно, поле уязвимостей невелико; при корректной настройке возможна работа без доступа к критической информации.
Однако “узких” мест предостаточно. В физической среде сервер можно изолировать, просто отключив от сети; в виртуальной он изолирован программно, что подразумевает больше возможностей доступа (Юрий Бражников). ФСТЭК опубликовала список из 182 угроз и более 12 тыс. уязвимостей, связанных с виртуализацией. Ключевые вызовы: гипервизор — единая точка входа (“если он взломан или неправильно настроен, все виртуальные машины, вся среда подвергаются риску”); гипервизоры позволяют ВМ связываться друг с другом — по сути частная сеть машин, трафик которой крайне сложно отследить; виртуальные машины чрезвычайно динамичны (создать, остановить, клонировать за минуту, перемещать между серверами) — это может привести к бесконтрольному распространению уязвимостей и “заразы”, инфицированные ВМ передают “болезнь” и исчезают до обнаружения; ВМ могут создаваться пользователями без уведомления ИТ-отдела; неизолированные ВМ могут иметь полный доступ к ресурсам хоста. Отдельный вызов — управление: в виртуальной среде менеджмент происходит в одной консоли — это сосредоточение управления в одних руках (отсутствие ролевой модели) и усугубление проблемы контроля привилегированных пользователей, тогда как большинство инцидентов ИБ связано именно с внутренними нарушителями (Денис Полянский, “Код Безопасности”).
К сожалению, виртуализация не следует правилу “не клади все яйца в одну корзину”, замечает Сергей Шалимов: ВС строится на единой платформе, все приложения, пользовательские рабочие места и сервера завязаны на неё.
У России есть два специфических вызова. Первый — регулирование: приказы ФСТЭК № 21 и № 17 (2013) определяют требования к защите виртуальной инфраструктуры, но отражают не все “лучшие практики” (например, отсутствует требование контроля за администраторами), а сертификация средств защиты для новых версий продуктов “запаздывает” в среднем на полгода; журналирование действий администраторов ВС требуется внедрять на ещё одном уровне инфраструктуры, а сертификация средств защиты гипервизора сопоставима по сложности с сертификацией ОС (Илья Шаленков, КПМГ). Впрочем, российское законодательство в определённой степени является локомотивом ИБ в области виртуализации, особенно в банковской сфере и ГИС (Денис Каширин). Второй вызов — кадры: повышенные требования к квалификации ИТ- и ИБ-сотрудников; некомпетентность приводит к появлению уязвимостей и недостаточному охвату аспектов защиты (Елена Лукашина, УЦ “ПНК”).
Тропа здоровья
Заголовок раздела «Тропа здоровья»Подход к защите ВС должен быть комплексным и системным: комплексно оценивать не только стоимость владения, но и риски утечек, обеспечивать конфиденциальность и надёжность, шифрование данных на ВМ (Михаил Башлыков, Positive Technologies). Алгоритм действий (Владимир Лебедев, Stack Group): выделить и оценить дополнительные угрозы; выбрать организационные и технические меры по их нейтрализации; реализовать; отразить изменения в документации; вести периодический контроль эффективности. Главное “зло” ВС — сверхцентрализация: нужны зеркалирование носителей с гипервизором, плановые копирования его конфигурации, возможно отказоустойчивый кластер, акцент на физической защите сервера и сокращении точек удалённого доступа к средствам управления гипервизором либо инкапсуляция соединений в защищённый канал со средствами двухфакторной аутентификации (Артур Скок, СКБ Контур).
На приоритетном разграничении прав и усилении контроля доступа (особенно администраторов) настаивает и Сергей Шалимов: “Так как все данные, по сути, находятся и обрабатываются на единой платформе, необходимо разграничивать доступ как к данным, так и к вычислительным ресурсам. Достигается это при помощи усиленной многофакторной аутентификации благодаря использованию, к примеру, токенов или смарт-карт, а также настройками среды виртуализации в соответствии с выбранной моделью разграничения доступа”. Илья Шаленков добавляет: кроме лучших практик и рекомендаций по безопасному конфигурированию, внимание следует уделять регламенту восстановления — отсутствие чёткого плана может привести к снижению скорости реагирования и потенциально безвозвратной потере критических данных.
Это краткая аннотация статьи, полную версию читайте в первоисточнике.
Первоисточник: “Эксперт Урал”, № 48 (668), ноябрь, 2015
В составе экспертов: Сергей Шалимов (Аладдин).